+++трудно вынести суждение о бунте ангела, менее других склонного к философии, не привнося в него сочувствия, изумления и порицания. Вселенной правит несправедливость. Всё, что в ней строится, и всё, что в ней рушится, несёт на себе отпечаток какой-то нечистой хрупкости, как будто материя представляет собой плод некоего скандала в лоне небытия. Всякое существо подпитывается агонией другого существа. Мгновения, словно вампиры, набрасываются на анемию времени. Мир представляет собой вместилище рыданий… На этой бойне скрестить рыки или обнажить шпагу — поступки одинаково тщетные. Даже самому неистовому неистовству не под силу ни потрясти пространство, ни облагородить душу. Триумфы чередуются с поражениями, повинуясь неведомому закону, имя которому судьба — имя, к которому мы обращаемся, когда оказываемся несостоятельными в философском смысле и когда наше пребывание на этом свете или на каком-либо ином свете кажется нам безвыходным, подобным неразумному или незаслуженному проклятию.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>сама по себе всякая идея нейтральна или должны быть таковой, но человек её одушевляет, переносит на неё свои страсти и своё безумие; замутнённая, преображённая в верование, она внедряется во время, принимает облик события, и совершается переход от логики к эпилепсии… Так рождаются идеологии, доктрины и кровавые фарсы
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>стоит человеку утратить свою способность быть безразличным, как он тут же становится потенциальным убийцей; стоит ему преобразовать свою идею в бога — последствия оказываются непредсказуемыми.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>никогда и никому не был опасен колеблющийся, поражённый гамлетизмом дух: злое начало обитает в напряжении воли, в неспособности к квиетизму, в прометеевской мании величия племени, пламенеющего идеалами, переполняемого убеждениями, которые, начав глумиться над сомнением и ленью — пороками более благородными, чем все его добродетели, — вступает на путь погибели, вступает в историю, эту неприемлемую смесь пошлости и апокалипсиса.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>фанатизм — смертный грех, который прививает человеку любовь к активности, к пророчеству, к террору, — лирическая проказа, которой он заражает души, подчиняет их, перемалывает или воспламеняет… избегают фанатизма только скептики (или же лентяи и эстеты), так как они ничего не предлагают в силу того что, будучи подлинными благодетелями человечества, они разрушают его пристрастные мнения и анализирует его психозы.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>тротуары мира усеяны реформаторами, и ими же до краёв набиты больницы. Желание стать первопричиной событий действует на каждого подобно умопомешательству, подобно сознательно принятому на себя проклятию. Общество — это настоящий ад, населённый спасителями.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>мы движемся вперёд через пытки дней, потому что ничто, кроме нашей боли, не останавливает этого продвижения. Страдания других кажутся нам объяснимыми и преодолимыми: мы полагаем, что другие страдают из-за недостатка воли, смелости или трезвомыслия. Всякое страдание кроме нашего представляется нам заслуженным и до смешного понятным; в противном случае единственной константой в непостоянстве наших чувств был бы траур. Но траур мы носим только по себе. Если бы мы смогли понять и полюбить безграничное число агоний, которые имеют место вокруг нас, и все жизни, которые представляют собой скрытые смерти, нам потребовалось бы столько сердец, сколько есть страдающих людей. А если бы у нас была удивительно долгая память, сохраняющая в виде настоящего всю совокупность наших прошлых мук, мы рухнули бы под такой ношей. Жизнь возможна только благодаря слабости нашего воображения и нашей памяти.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>мы не доверяем прохвостам, мошенникам и балагурам, а ведь вовсе не они несут ответственность за великие судороги истории. Ни во что не веря, они, однако, не лезут к вам в душу и не пытаются нарушить ход ваших тайных мыслей. Они просто оставляют вас наедине с вашей беспечностью, вашей никчёмностью или с вашим отчаянием. Однако именно им обязано человечество редкими мгновениями процветания: они-то и спасают народы, которых истязают фанатики и губят /идеалисты/. Ибо все виды зла коренятся в той или иной /концепции жизни/.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>мышление является такой же ложью, как и любовь или вера. Ибо истина — это подлог, а страсти — это запахи; и в конечном счёте у нас есть выбор только между ложью и вонью.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>нет существ более опасных, нежели те, кто пострадал за веру: великие преследователи выходят из рядов мучеников, которым не отрубили голову. Страдание отнюдь не утоляет жажду власти, а, напротив, до крайности обостряет её. Поэтому духу живётся вольготнее в обществе хвастуна, чем в обществе мученика; и ничто ему так не противно как, как зрелище смерти за идею.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>кем бы он ни был — потерявшим крылья ангелом или утратившей шерсть обезьяной, — он сумел выплыть из безымянности прочих существ только за счёт ухудшения здоровья. Дурной состав крови способствовал появлению у него неуверенности и каких-то проблем, а недостаток жизненной силы вынуждал его то и дело удивляться и задаваться вопросами.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>дух увядает с приближением здоровья: человек должен либо быть инвалидом, либо отказаться называться человеком.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>в то время как все существа имеют собственное место в природе, он остаётся существом метафизически вздорным, затерянным в Жизни, необычайном в Творении.
>>Каждый лично ощущает эту единицу краха, каковым является феномен человека. И единственным смыслом времени является приумножение этих единиц, беспредельное увеличение этих вертикальных страданий, опорой которым служат щепотка материи, гордость за имя и неизбывное одиночество.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>Наша сила проистекает из нашей забывчивости и нашей неспособности представить себе всё многообразие одновременно существующих судеб. Ни один человек не смог бы выжить, умея единым мысленным взором охватить всю вселенскую боль, ибо наше сердце рассчитано лишь на определённое количество страданий. У нашей способности переносить боль есть что-то вроде материальных границ.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>так наши понятия выстраиваются в цепь, словно тайные вздохи, так каждое размышление заменяет собой восклицание, а жалобная тональность отбрасывает прочь достоинство логики. Траурные оттенки обесцвечивают идеи, кладбищенские темы заполняют параграфы уставов, в заповедях ощущается затхлый запах гнили, а в нетленном хрустале последний день осени… Дух беззащитен против осаждающих его миазмов, ибо они зарождаются в самом гиблом месте на свете, там, где безумие смешивается с нежностью в клоаке утопий и грёз: в нашей душе. И даже если бы могли изменить законы вселенной или предвидеть её капризы, она ослепила бы нас своими несчастьями, навязала бы нам принцип своего упадка. Вы говорите, будто бывают непогибшие души? Покажите же нам их, чтобы можно было отразить в протоколе, чтобы ими занялась наука или комедия, чтобы можно было причислить их к лику святых!
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

>>Мы умираем по мере того, как разбрасываем вокруг себя слова…у говорящих нет секретов. И все мы говорим. Мы выдаём себя, мы выставляем напоказ наше сердце; каждый из нас, палач неизречённого, изо всех сил старается разрушить все тайна на свете, начиная со своих собственных. А когда мы встречаемся с другими, то только для того, чтобы опозориться в совместном забеге в пустоту, обмениваясь мыслями, в чём-то признаваясь и интригуя. Любопытство стало причиной не только первого грехопадения. Оно и в наши дни вызывает бесчисленные и ежедневные падения. Жизнь есть не что иное как жажда падения, жажда торговать с помощью диалогов девственным одиночеством души, жизнь — это существующее с незапамятных времён каждодневное отрицание Рая.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++Судя по всему, мы пришли в мир, чтобы ничего не делать; но вместо того, чтобы лениво тлеть, мы потеем и задыхаемся в зловонном воздухе. Вся История — это не что иное, как гнойник; её тяжелый запах несётся в будущее; мы тоже туда устремляемся, заразившись сопутствующей всякому разложению лихорадкой.
Человечеству слишком поздно избавляться от иллюзии деятельности и совсем уж поздно возвыситься до святого ничегонеделания.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++есть на свете люди, которые искупают не только собственное счастье, но и счастье совершенно незнакомых им людей. Вот таким образом и восстанавливается равновесие: соотношение радостей и горестей выглядит гармоничным. Если некий смутный вселенский принцип определил, что вы принадлежите к числу жертв, то вы так и будете влачить ваше существование, попирая ногами ту малую толику рая, которую вы вынашивали в себе, а те смутные благородные порывы, что сквозили в ваших взорах и мечтах, будут замутнены примесями времени, материи и людей. Пьедесталом для вас будет навозная куча, а трибуной — орудия пыток. Вы удостоитесь разве что славы прокажённого и венца из пены у рта. Пытаться идти в ногу с теми, кому причитается всё и перед кем открыты все пути? Но даже пепел и зола восстанут, чтобы перекрыть вам лазейки из времени и выходы в мир грёз. В каком бы направлении вы ни пошли, ноги ваши увязнут в грязи, ваш голос будет настроен только на гимны грязи, а над вашей головой, склонившийся к вашему сердцу, в котором будет жить одна лишь жалость к себе, лишь слабо повеет дыханием каких-то счастливцев, благословенных игрушек безымянной иронии, виноватых не более, чем вы.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++Жизнь — это всего лишь оцепенение среди светотени, бездействие между огнями и тенями, карикатура на то внутреннее солнце, которое внушает нам необоснованную веру в наше превосходство на всей остальной материей. Ничто не доказывает, что мы являемся чем-то большим, чем ничто.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++Жизнь — это то, что распадается в каждый момент времени, это монотонная утрата света, пошлое растворение в ночи без скипетров и нимбов.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++порывы духа обуславливаются сбоями в работе организма: дух воспаряет, по мере того как в наших органах расширяется пустота. Здоровье в нас — это как раз то, в чём мы, собственно, не являемся самими собой.
Индивидуализирует нас наше отвращение к тем или иным вещам, наши конкретные печали, дающие нам имя, наши утраты, делающие нас обладателями нашего //я//.
Мы являемся собой лишь в совокупности наших поражений.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++мы не можем себе признаться, что даже самые таинственные из наших головокружений проистекают всего лишь от нервных недомоганий, а вот стоит нам подумать о Бесе, живущем в нас или вне нас, как мы тут же внутренне распрямляемся. Эта страсть к объективированию наших внутренних бед досталась нам от предков; наша кровь буквально пропитана мифологией, а литература всегда поддерживала в нас любовь к эффектам.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++мы видим вокруг себя лишь увядшее вдохновение и угасший пыл: каждый человек обещает всё, но при этом каждый человек живёт, чтобы познать недолговечность искры своей жизни и отсутствие в жизни гениальности. Подлинность всякого существования подтверждается его крахом. Расцвет нашего становления — это внешне блистательный путь, ведущий к поражению… А расцвет наших талантов — это не более, чем прикрытие нашей гангрены… Под солнцем всегда торжествует весна падали. Даже сама Красота — это всего лишь смерть, прикрывающая свою гнустность весенними почками.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++Я вижу как каждый человек движется во времени, тоскливо повторяя одни и те же мысли, постоянно оказываясь наедине с самим собой и видя взамен обновления только разные гримасы собственных надежд.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++мы надеялись перестать быть детьми этого мира, а покоряемся потребностям. Властелины времени и одновременно рабы собственных желез внутренней секреции. Причём эта игра бесконечна: каждое новое желание создаёт мир заново, а каждая наша мысль уничтожает его…в каждодневной жизни космогонические процессы чередуются с апокалиптическими: повседневные созидатели и разрушители, мы повторяем в исчезающе малом масштабе вечные мифы; и каждое из наших мгновений воспроизводит и предвосхищает судьбу обречённых жить в Бесконечности семени и праха.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++любой пустяк, имеющий отношение к существованию, предполагает скрытую веру; простой наш шаг по мостовой представляет собой спор с небытием; любое наше движение, даже наше дыхание, несёт в себе зародыш фанатизма.
Человек совершает всевозможные поступки — от праздного гулянья до резни — только потому, что не в состоянии увидеть их абсурдность; всё, что делается на земле, порождено иллюзией наполненности в пустоте, иллюзией тайны, которую несёт в себе Ничто. Если не считать сотворения мира и его Разрушения, все события одинаково ничтожны.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++всё зло этого мира происходит от избыточного волнения, от динамичных фантазий храбрости и трусости. Эти антиномичные и противоречивые сходные параметры порождают все виды смуты, нарушающей движение времени; они окрашивают страстями даже едва заметные события и проецируют свои воспалённые выдумки на вселенную, которая, если относиться к ней без спокойного отвращения, представляет собой деморализующее зрелище. Отвага и страх — это два полюса одной и той же болезни, заключающейся в том, что люди безо всяких на то оснований находят в жизни смысл и серьёзность.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++когда тебя освобождают от власти всех зримых предписаний, ты становишься, подобно дьяволу, метафизически незаконным; ты выпадаешь из миропорядка: не находя себе там места, ты смотришь на мир и не узнаёшь его. Постоянное оцепенение превращается в рефлекс, а жалобное удивление, лишившись объекта внимания, навсегда приковывается к Пустоте.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++покажите мне хоть что-нибудь на этой земле, что началось бы хорошо и не окончилось бы плохо! Гордые душевные порывы низвергаются в сточную канаву, где затухают, будто дожив до своего естественного конца: в этом вырождении и состоит драма сердца и негативный смысл исторического процесса. Всякий /идеал/ поначалу вскармливаемый кровью своих приверженцев, изнашивается и рассеивается, когда становится достоянием толпы. Кропильница превращается в плевательницу — таков неминуемый ритм /прогресса/.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++В земном граде — более приятном, нежели преисподняя, притом, что оба находятся в ведении одного и того же господина, — тоже, как и в аду, важно не столько быть кем-то там определённым, скажем королём, мещанином или батраком, сколько участвовать, принимать правила игры. Вы можете разделять те или иные идеи, можете занимать почётное место в обществе или нищенствовать. Коль скоро ваши поступки и мысли служат устройству реального или пригрезившегося града, вы являетесь его идолопоклонником и его узником.
+++/круги/ града земного, подобно кругам преисподней, замыкают людей в одно и то же окаянное сообщество и насильно вовлекают их в один и тот же парад страданий, и искать в нём какие-то нюансы было бы досужим делом.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++тот, кто жил среди людей и всё ещё надеется на хотя бы одно неожиданное событие, ничего не понимает и никогда ничего не поймёт. Он созрел для жизни в Граде, где ему можно преподнести всё: любые посты и любые почести. Так обстоит дело со всеми людьми, чем и объясняется долговечность сего подлунного ада.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++если чистая самка, которую не заподозришь ни в сексуальной, ни в психической аномалии, с точки зрения внутреннего содержания более пуста, чем животное, то самец без изъяна как нельзя лучше подходит под определение /кретин/. Задержите свой взгляд на любом человеке, привлёкшем ваше внимание или разбудившим ваши эмоции: в механизме его личности непременно обнаружится какая-нибудь пустяковая деталь, повреждённая ему на пользу.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++мы по праву презираем тех, кто не извлёк выгоду из собственных недостатков, кто не воспользовался собственными изъянами и не обогатился своими потерями, как презираем всякого страдающего оттого, что он является человеком, или попросту не страдающего оттого, что он существует.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++биологически цельный человек остерегается /глубины/, неспособен на глубокие переживания и относится к этой самой глубине как к подозрительному измерению, мешающему спонтанности поступков. И тут он не ошибается: вместе с копанием в себе начинается драма индивида — его слава и закат. Отгораживаясь от безымянного потока, от утилитарных ручейков жизни, он освобождается от объективных целей. Цивилизацию можно считать /больной/, когда тон в ней начинают задавать тонкие умы, после чего ей остаётся окончательно рухнуть.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++если бы наши ближние могли узнать наши мысли о них, то такие слова, как /любовь/, /дружба/, /самоотверженность/, пришлось бы раз и навсегда вычеркнуть из словарей. А если бы мы набрались храбрости и взглянули в лицо сомнениям, которые таятся у нас в глубине души, то ни один из нас не смог бы выговорить без стыда слово /я/. Маскарад увлекает за собой всё живое, от троглодита до скептика//
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++когда невозможно освободиться от самого себя, человек находит удовольствие в самопожирании. Нет никакого резона ссылаться на Князя Тьмы, якобы распределяющего между нами несчастья: мы больны без болезни и не за пороки.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++Меланхолия — это мечтательное состояние эгоизма: когда нет объектов вне /я/, нет поводов для ненависти и любви, но при этом всё равно возникает ощущение падения в топь томления, ощущение ада без ада, ощущение бесконечного повторения позывов смерти… Если печаль довольствуется любыми, даже самыми непритязательными декорациями, то меланхолия требует для себя огромных пространств, безграничных ландшафтов, чтобы разлить по ним свою унылую и туманную благодать, свой расплывчатый недуг, который боится исцеления, боится, что его разложению и распространению волн будет положен конец.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++идти в сторону конца истории с цветком в петлице — вот единственная достойная манера держаться посреди раскручивающегося времени. Как жаль, что не будет Страшного Суда, что нет даже удобного повода бросить вызов! Верующие — это комедианты вечности, а вера — потребность во вневременных подмостках. Ну а мы, неверующие, мы умрём на фоне наших декораций, слишком усталые, чтобы соблазниться на угощения, обещанные нашим трупам.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++человек рождается, чтобы стать усталым: принимая вертикальное положение и теряя возможность на что-нибудь опереться, он обрёк себя на слабость, неведомую тому животному, каким он был раньше. Тащит на двух ногах столько материи и всё связанное с этим отвращение.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++тот, кто, истощив свои желания, приближается к последней форме отрешённости, уже не желает себя увековечивать. Ему претит сама мысль продлиться в ком-то другом, кому к тому же он не в состоянии что-либо передать. Род человеческий ему противен. Он — монстр, а монстры детей не рожают. Его пока интригует /любовь/, некое заблуждение в гуще его мыслей. В ней он ищет повод для возвращения к общему уделу; но ребёнок представляется ему явлением столь же немыслимым, как и семья, как и наследственность, как и законы природы.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++одиночество ненависти… Ощущение бога, занявшегося разрушением, попирающего сферы, оплёвывающего лазурь и созвездия…бога неистового, нечистоплотного и вредного… Демиургия, выбрасывающая в космос рай за раем и сортир за сортиром, космогония белой горячки; апофеоз конвульсий, желчь поверх всех остальных стихий… Все твари, устремившиеся к первообразу безобразия и вздыхающие по идеалу уродства… Гримасничающее мироздание, ликование крота, гиены и вши… Никакого горизонта, простор только для монстров и паразитов. Всё движется в сторону гнусности и гниения: земной шар гноится, а живущие на нём подставляют свои раны лучам светящегося шара…
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++напрасно ты ищешь среди людей образец для себя: у тех, кто пошёл дальше тебя, ты позаимствовал только их отрицательные, дурные свойства: у мудреца — лень, у святого — бессвязные речи, у эстета — досаду, у поэта — бесстыдство, а у всех, вместе взятых, — разлад с самим собой, сомнительное поведение в повседневности и ненависть ко всем, что живёт, чтобы жить. Тебе суждено вечно быть лишь тем, кем ты никогда не станешь, и вечно суждено печалиться о том, что ты есть такой, какой ты есть.
Горечь — первопринцип, предопределяющий твою судьбу , поступки и форму миропонимания, является единственной устойчивой точкой в твоих колебаниях между отвращением к себе и жалостью к самому себе.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++идея небытия несвойственна людям трудолюбивым: у тех, кто занят делом, нет ни времени, ни желания взвешивать собственный прах; они смиряются перед жестокостью или нелепостью судьбы; они надеются: надежды является добродетелью рабов.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++Горе тем, у кого нет сексуальных тайн! Как им прознать о гнусноватых преимуществах отклонений? Неужели нам так и суждено навсегда остаться всего лишь чадами природы, жертвами её законов, людьми растительными? Гибкость и тонкость любой цивилизации определяется несовершенством составляющих её индивидов. Редкостные чувства порождают дух и освежают его: заблудившийся инстинкт дальше всего отстоит от варварства. В результате импотент оказывается более сложной натурой, чем какой-нибудь здоровяк с безупречно функционирующими инстинктами, потому что он лучше кого бы то ни было реализует сущность человека, этого дезертировавашего из зоологии животного, обогащаясь всеми своими недостатками, всей своей несостоятельностью.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++приумножая возможности собственного смирения, отрекаясь от свободы, убивая в себе бродягу, человек сделал своё рабство более рафинированным, попал в крепостную зависимость от призраков. Даже своё презрение и своё бунтарство он культивировал лишь затем, чтобы они его поработили, поскольку иначе как рабством его зависимость от собственных взглядов, поступков и настроений назвать нельзя. Выйдя из пещер, он сохранил пещерные суеверия; раньше он был узником пещер, а затем стал строителем пещер.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//

+++наши карьеры готовятся для нас ещё в материнских утробах. Живя в официальном мире, мы должны занимать в нём какое-нибудь место. Тут действует бесперебойный механизм судьбы, который даёт сбой только в пользу безумцев, не обязанных разделять какое-нибудь верование, примыкать к определённой организации, защищать какую-то идею, осуществлять какое-либо начинание. С тех пор как существует общество, все, кто желал от него отгородиться, подвергались преследованиям и поруганию. Вам простят всё, при условии, что у вас есть ремесло, этот довесок к вашему имени, этот штамп в вашем небытии. Никто не отваживается воскликнуть: //Я не хочу ничего делать!//. Общество даже к убийцам относится снисходительнее, чем к умам, освободившимся от тирании практической деятельности.
© Эмиль Мишель Чоран //Искушение существованием//